Эксклюзив
Мельников Алексей
31 мая 2018
2158

Полюса авангарда

Между Шкловским и Циолковским
Main 94358b15 8fb7 4678 9ca4 9997c9e0699d

Они не стали ньютонами и шекспирами. Не обрели профессорских мантий. Даже кандидатский минимум им, похоже, не поддался. Рутинному пересчету недостижимых звезд они предпочитали их дерзкое приближение. Один – в слове, другой – в небе. Стискивая расстояния до вожделенных светил, до одухотворенных морфем, торопили время. Ломали устоявшиеся формы. Создавали новые. Сделались модернистами: один спонтанно, другой нет. Прослыли чудаками, самоучками, эгоцентристами…

Шкловский тщился вернуть человеку слово. Не узнавать вещь, названную им, а всякий раз её заново рассматривать. Чувствовать, вживаться, осязать. Достраивать утраченные фразы. Довыговариватьпотертые слова. Непременно запуская, таким образом, механизм искусства. То есть – тесня словесным творчеством автоматическое восприятие вещей. Воскрешение слова – главное, чего добивался этот бритоголовый гиперактивный лингво-революционер. Попутно, правда, беря в руки винтовку и усаживаясь с прокуренными матросами на революционные броневики. «Так пропадает, в ничто вменяясь, жизнь, - отчаивался за потери в словесности (и не только в ней) Шкловский. – Автоматизация (восприятия) съедает вещи, платье, мебель, жену и страх войны».

Циолковский авангард с оружием в руках не продвигал, но жаждал не меньшего - вручить человеку космос. Заставив обывателя поднимать глаза к небу не только из любопытства – брать зонт на улицу или не брать? – а ещё и из необходимости знакомства с будущим местом проживания. Именно там, в космосе, только и можно искать счастье, утверждал этот плохослышащий калужский бородач. Оно неуловимо на земле, учил космический пророк, но вполне достижимо ближе к звездам. «Если судить по Земле, - грустно признавал Циолковский, - то безумие управляет Вселенной, или по крайне мере можно сильно сомневаться в разумности мира».

Короче, они не могли в этой жизни не встретиться – два великих самоучки, разнополярных модерниста, генетических ниспровергателей гибельных основ – Шкловский и Циолковский. В начале 30-х прошлого века первый приезжал в Калугу писать киносценарий о втором. Долго беседовал. Записи, естественно, потерял. Фильм не снял. Лет через тридцать вспомнил некоторые подробности и записал: «Плачут по великим после». 

Они обсуждали подробности бесед с ангелами. Будущие падения стратостатов. Минувшее – внука калужского космиста в навоз. Квашение капусты. Долги Циолковских соседям. Ближайшие полёты в галактику: скоро ли?  «Мы вряд ли, - записал Шкловский предвидения калужского старца, - а комсомол наверняка полетит». Не обсуждали бедность, царившую в доме на краю улице Кая Брута. Прошлые и будущие трагедии с собственными детьми. Минувшие и грядущие тяготы отчизны. Всё страшное должно вскорости окупиться правильным «вычислением мечты». Сердце мечты усиленно колотилось о грудную клетку модернистов. Всё быстрее и быстрей. «Поэты и учёные – оптимисты, -  закончит рассказ о своем космическом визави Шкловский, - они знают сроки, но они торопят время».

 

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован