Эксклюзив
15 июля 2020
344

Государственная безопасность Китая и спецслужбы КНР

Шитов Александр Викторович                                                                                       

 

Современное понятие государственной безопасности Китая подробно раскрывается в «Законе Китайской Народной республики о государственной безопасности», принятом 1 июля 2015 года  на 15-м заседании Постоянного Комитета Всекитайского Собрания народных представителей (ПК ВСНП) 12-го созыва, тогда же опубликованном и вступившем в силу.  

 

 

Статья 2 этого Закона определяет государственную безопасность Китая  как безопасность и отсутствие внутренних и внешних угроз для государственной власти, суверенитета, единства страны, её территориальной целостности, для благополучия народа, для последовательного социально-экономического развития и для других значимых интересов государства, а также надёжное обеспечение его безопасности. 

Обращает на себя внимание необходимость обеспечения безопасности в первую очередь «государственной власти» в Китае. «Государственная власть» в современной КНР  по своей сути представляет собой всеобъемлющую власть КПК, – без этого главного условия политическая система Китая в её нынешнем виде неизбежно выхолащивается, и в таком случае говорить о государственной безопасности применительно к другим составляющим этой политической системы просто не имело бы смысла. Не зря в статье 4 Закона подчёркивается, что обеспечение государственной безопасности Китая подразумевает руководство этой деятельностью со стороны КПК.                              

 

 

Продолжая рассуждать о государственной безопасности современного Китая, авторы «Закона КНР о госбезопасности» от 01.07.2015 сообщают в статье 3 о  том, что практическая деятельность по обеспечению государственной безопасности страны строится на основании «концепции общегосударственной безопасности».  

 

 

Впервые о «концепции общегосударственной безопасности» Китая было сказано 15 апреля 2014 года на 1-м заседании Комиссии ЦК КПК по вопросам государственной безопасности, в связи с чем 15 апреля отныне ежегодно отмечается в КНР как «Всенародный день воспитания правильного отношения к государственной безопасности» (статья 11 «Закона КНР о государственной безопасности» от 01.07.2015). 

 

 

Принципиальное решение о создании Комиссии ЦК КПК по вопросам государственной безопасности было принято 12 ноября 2013 года на 3-м Пленуме ЦК КПК 18-го созыва, а непосредственное решение о её формировании приняло Политбюро ЦК КПК 24 января 2014 года.           В настоящее время Председателем Комиссии ЦК КПК по вопросам государственной безопасности является Си Цзиньпин, это одна из его пяти официальных должностей наряду с должностями Генерального секретаря ЦК КПК, Председателя КНР, Председателя Центрального военного совета КПК (ЦВС КПК) и Председателя Центрального военного совета КНР (ЦВС КНР). Заместителями Председателя Комиссии ЦК КПК по вопросам государственной безопасности являются Ли Кэцян – Премьер Государственного совета КНР и Ли Чжаньшу – Председатель ПК ВСНП. Членами Комиссии ЦК КПК по вопросам государственной безопасности в частности являются: министр иностранных дел КНР, министр общественной безопасности КНР, министр государственной безопасности КНР, соответствующие руководители Объединённого штаба ЦВС КПК/ЦВС КНР, командующий Войсками народной вооружённой полиции Китая, руководитель Канцелярии Государственного совета КНР по вопросам информации, руководитель Государственного комитета Министерства торговли КНР по экономике и торговле, ряд других ответственных руководителей. Рабочим органом Комиссии ЦК КПК по вопросам государственной безопасности является её Канцелярия, организационно входящая в состав Главной Канцелярии ЦК КПК. С октября 2017 года Канцелярию Комиссии ЦК КПК по вопросам государственной безопасности возглавляет Дин Сюэсян – член ЦК КПК и член Политбюро ЦК КПК, а с 30 октября 2017 года он же является и руководителем Главной Канцелярии ЦК КПК.  Комиссия ЦК КПК по вопросам государственной безопасности подотчётна Политбюро ЦК КПК и Постоянному Комитету Политбюро ЦК КПК.  

Комиссия ЦК КПК по вопросам государственной безопасности является высшим органом единого планирования и координации работы в масштабах всего Китая,  связанной с важнейшими вопросами его государственной безопасности. Данное обстоятельство в частности отражено в «Законе КНР о госбезопасности» от 01.07.2015, в статье 5 которого отмечается, что «руководящие структуры КПК, занимающиеся вопросами государственной безопасности», – а это в первую очередь вышеназванная Комиссия ЦК КПК по вопросам государственной безопасности – разрабатывают, формируют стратегию государственной безопасности, руководят её реализацией, способствуют законотворчеству в деле обеспечения государственной безопасности.                                                                                                   Комиссия ЦК КПК по вопросам государственной безопасности -- исключительно партийный орган, и не только по сути, но и по названию, поскольку его деятельность даже не маскируется «государственной вывеской», как, например, деятельность ЦВС КПК нередко осуществляется под «вывеской» ЦВС КНР. Всеобъемлющая широта полномочий Комиссии ЦК КПК по вопросам государственной безопасности позволила сянганской газете «Дагунбао» в одном из своих материалов предположить, что этот орган даже более могущественный, чем Совет Национальной безопасности США (National Security Council).                                                                                    

 

Предложив 15 апреля 2014 года на 1-м заседании Комиссии ЦК КПК по вопросам государственной безопасности «концепцию общегосударственной безопасности» Китая, Си Цзиньпин тогда же перечислил основные составляющие данной концепции – так называемые «одиннадцать видов безопасности»: 1) политическую безопасность; 2) территориальную безопасность; 3) военную безопасность; 4) экономическую безопасность; 5) безопасность в сфере культуры; 6) общественную безопасность; 7) научно-техническую безопасность; 8) информационную безопасность; 9) экологическую безопасность; 10) безопасность природных ресурсов; 11) ядерную безопасность.                        

 

В статье 3 «Закона КНР о госбезопасности» от 01.07.2015 дополнительно разъясняется, что целью реализации «концепции общегосударственной безопасности» Китая является безопасность народа; наиглавнейшей составляющей «концепции общегосударственной безопасности» выступает политическая безопасность; материальной основой «концепции общегосударственной безопасности» является экономическая безопасность; реализуется «концепция общегосударственной безопасности» в условиях военной безопасности, безопасности в сфере культуры и общественной безопасности; инструментом реализации «концепции общегосударственной безопасности» Китая выступает «единая система государственной безопасности с китайской спецификой». 

 

Вершиной «единой системы государственной безопасности с китайской спецификой» безусловно выступают высшие органы власти и высшие должностные лица КНР.                                                                                                                     В Главе 3 «Закона КНР о госбезопасности» от 01.07.2015 изложены полномочия этих органов и должностных лиц по защите государственной безопасности Китая.                                                                                                                      Как указывается в статье 35 Закона, согласно положениям Конституции КНР ВСНП решает вопросы войны и мира, осуществляет иные полномочия, касающиеся государственной безопасности и определённые Конституцией КНР.                                                                        ПК ВСНП, действуя на основании Конституции КНР, принимает решения о введении военного положения, о всеобщей либо о частичной мобилизации, о введении чрезвычайного положения на территории всего Китая либо на территории отдельных провинций, автономных районов, городов центрального подчинения, осуществляет иные полномочия, касающиеся государственной безопасности, определённые Конституцией КНР и предоставленные Всекитайским Собранием народных представителей.                                                            Статья 36 Закона определяет, что Председатель КНР в соответствии с решениями ВСНП, ПК ВСНП вводит чрезвычайное положение, вводит военное положение, издаёт указы о мобилизации, осуществляет иные полномочия, касающиеся государственной безопасности и определённые Конституцией КНР.                                                                               Статья 37 Закона определяет полномочия Государственного совета КНР по защите государственной безопасности, который в соответствии с Конституцией и законами КНР принимает административные законоположения, касающиеся государственной безопасности, определяет необходимые мероприятия, издаёт соответствующие постановления и распоряжения, реализует законы, законоположения и политические решения, касающиеся государственной безопасности, в соответствии с положениями законодательства принимает решения о введении чрезвычайного положения на части территории отдельных провинций, автономных районов, городов центрального подчинения, осуществляет иные полномочия, касающиеся государственной безопасности, определённые Конституцией КНР и предоставленные Всекитайским Собранием народных представителей, его Постоянным Комитетом.                                                                                                                 Статья 38 Закона регламентирует полномочия Центрального военного совета, то есть единого органа под двумя «вывесками» – ЦВС КПК/ЦВС КНР, по защите государственной безопасности.  Этот орган руководит вооружёнными силами Китая, определяет военную стратегию и оперативные планы вооружённых сил, осуществляет единое руководство военными действиями по защите государственной безопасности, принимает военные законоположения, касающиеся государственной безопасности, издаёт соответствующие директивы и приказы. 

 

Руководящая воля высших органов власти и высших должностных лиц КНР по защите государственной безопасности Китая непосредственно реализуется, как сказано в статье  42 «Закона КНР о госбезопасности» от 01.07.2015, органами государственной безопасности, органами общественной безопасности, а также «соответствующими военными органами». Главная задача всех этих органов, непосредственно реализующих функцию обеспечения государственной безопасности Китая, названа в статье 52 «Закона КНР о госбезопасности» от 01.07.2015 – это сбор на основании закона разведывательной информации, касающейся государственной безопасности Китая. Иными словами, наряду с задачами оперативного розыска, ведения предварительного следствия, осуществления задержания, ареста подозреваемых, что, как отмечено в статье 42 Закона, входит в обязанности органов государственной и общественной безопасности, перед всеми без исключения органами, в том числе военными, задействованными в обеспечении государственной безопасности Китая, на первом месте стоит задача сбора соответствующей «разведывательной информации».  

 

Сбору «разведывательной информации» как наиглавнейшей задаче органов, непосредственно обеспечивающих государственную безопасность Китая, посвящён отдельный закон – «Закон Китайской Народной республики о государственной разведке», принятый 27 июня 2017 года на 28-м заседании ПК ВСНП 12-го созыва, вступивший в силу 28 июня 2017 года, в редакции от 27 апреля 2018 года.                             В статье 2 Закона задача «государственной разведки» определяется как предоставление разведывательной информации, необходимой для принятия важных государственных решений, для предотвращения и нейтрализации рисков государственной безопасности Китая, для защиты его государственной власти, суверенитета, единства и территориальной целостности, для благополучия народа, для обеспечения социально-экономического развития страны, для обеспечения других важных интересов государства. 

Статья 3 Закона разъясняет, что единое руководство государственной разведкой, определение основных направлений её деятельности и основных задач осуществляют «руководящие структуры ЦК КПК, занимающиеся вопросами государственной безопаснтости», то есть в первую очередь вышеназванная Комиссия ЦК КПК по вопросам государственной безопасности во главе с Си Цзиньпином. Непосредственная организация военной разведки как специфического направления разведывательной деятельности государства возлагается на Центральный военный совет, то есть на «единый орган с двумя вывесками» – ЦВС КПК/ЦВС КНР. 

При этом, понимая, что и органы, занимающиеся государственной разведкой, и органы, занимающиеся военной разведкой, в принципе реализуют на практике одну и ту же функцию обеспечения государственной безопасности Китая, авторы «Закона КНР о 
госразведке» от 27.06.2017 в статье 5 объединили разведывательные подразделения органов государственной безопасности, разведывательные подразделения органов общественной безопасности и органы военной разведки обобщающим понятием – «рабочие органы государственной разведки».                                                                                                 

 

«Разведывательные подразделения органов общественной безопасности», названные в «Законе КНР о госразведке» от 27.06.2017, находятся в структуре Министерства общественной безопасности (МОБ) КНР и предназначены главным образом для борьбы с наркопреступностью.                                                                                     

 

Крайне скудна информация в открытом доступе об органах военной разведки Китая. 10 января 2016 года на базе бывшего Генерального штаба НОАК был создан Объединённый штаб ЦВС КПК/ЦВС КНР, одним из ключевых структурных элементов которого является Разведывательное управление, как раз и выполняющее функции «органов военной разведки», названных в «Законе КНР о госразведке» от 27.06.2017.                                                                                                      О Разведывательном управлении Объединённого штаба ЦВС КПК/ЦВС КНР известно очень немного. Создано оно, как и сам Объединённый штаб, 10 января 2016 года в Пекине, его предшественником был Департамент разведки Генштаба НОАК. Второй «вывеской» Разведывательного управления Объединённого штаба ЦВС КПК/ЦВС КНР является наименование «Канцелярия Министерства обороны Китайской Народной республики по делам поддержания мира». «Канцелярия» эта была создана в декабре 2001 года, известно, что под её «вывеской» военнослужащие НОАК в частности официально принимают участие в международных миротвотворческих миссиях. С 2016 года начальником «Канцелярии Министерства обороны КНР по делам поддержания мира» является генерал-майор НОАК Ло Вэй. Также известно, что с 10 января 2016 года до июля 2017 года должность начальника Разведывательного управления Объединённого штаба ЦВС КПК/ЦВС КНР занимал генерал-майор НОАК Чэнь Гуанцзюнь. С июля 2017 года до мая 2018 года Чэнь Гуанцзюнь был помощником начальника Объединённого штаба ЦВС КПК/ЦВС КНР, а с мая 2018 года исполняет обязанности заместителя начальника руководящей группы КНР по контртеррористической деятельности.                                                       

 

Гораздо больше открытой информации о названных в «Законе КНР о госразведке» от 27.06.2017 «разведывательных подразделениях органов государственной безопасности».                                                                    В анонимном материале от 4 марта 2018 года на популярном в КНР форуме «Чжи Ху» (в переводе «Знай!») сообщается, что единственной (Помимо военной разведки, разумеется. – А.Ш.) китайской спецслужбой, официально признаваемой Госсоветом КНР, является Министерство государственной безопасности (МГБ) КНР.                                                                                                                 

 

МГБ КНР создано в июле 1983 года; формально являясь структурным органом Государственного совета КНР, оно в своей профессиональной деятельности фактически подотчётно вышеназванной Комиссии ЦК КПК по вопросам государственной безопасности, а также Политико-правовой комиссии ЦК КПК. С 7 ноября 2016 года министром государственной безопасности КНР является Чэнь Вэньцин, с мая 2018 года он параллельно занимает важную должность постоянного заместителя руководителя Канцелярии Комиссии ЦК КПК по вопросам государственной безопасности. Чэнь Вэньцин имеет высшее специальное звание в системе специальных званий народной полиции КНР – генеральный комиссар. 

 

Наряду со сбором разведывательной информации как главной задачей МГБ КНР в ряду ведомств, призванных обеспечивать государственную безопасность Китая, данное ведомство наделено ещё одной, уникальной, официально присущей исключительно ему, а потому не менее важной функцией по обеспечению государственной безопасности Китая –  функцией контрразведки, о чём подробно говорится в двух документах: «Законе Китайской Народной республики о контрразведке», принятом 1 ноября 2014 года на 11-м заседании ПК ВСНП 12-го созыва и тогда же вступившем в силу, и в «Подробных положениях о реализации «Закона Китайской Народной республики о контрразведке», опубликованных 22 ноября 2017 года Постановлением №692 Государственного совета КНР и тогда же вступивших в силу.

 

«Закон КНР о контрразведке» от 01.11.2014 был разработан на основе действовавшего до того момента «Закона Китайской Народной республики о государственной безопасности» от 22 февраля 1993 года. Как говорится в статье 2 «Закона КНР о контрразведке» от 01.11.2014, целью принятия данного Закона является борьба со шпионажем, его пресечение и наказание за него в интересах защиты государственной безопасности Китая. А официально эксклюзивная функция МГБ КНР по ведению контрразведки зафиксирована в статье 3 Закона и в статье 2 «Положений», где сказано, что контрразведывательная деятельность осуществляется органами государственной безопасности, ответственными за её осуществление, то есть органами МГБ КНР.                                                                              

 

В статье 6 «Закона КНР о контрразведке» от 01.11.2014 уточняется, что шпионаж в ущерб государственной безопасности КНР, которым занимаются зарубежные органы, организации, физические лица, либо к которому они принуждают других, за который они платят другим, либо которым занимаются в Китае органы, организации, физические лица совместно с зарубежными органами, организациями, физическими лицами, преследуется по закону.                                                                 В статье 38 Закона понятие «шпионаж» раскрывается подробно, это: 1) деятельность в ущерб государственной безопасности  КНР, которую осуществляют зарубежные разведывательные организации и их представители, либо к осуществлению которой они принуждают других, за осуществление которой они платят другим, либо которую они осуществляют совместно с органами, организациями, физическими лицами в Китае; 2) участие в деятельности зарубежных разведывательных организаций либо выполнение поручений зарубежных разведывательных организаций и их представителей; 3) деятельность, связанная с добыванием, выведыванием, покупкой либо незаконной передачей сведений и информации, составляющей государственную тайну, либо деятельность, связанная с провоцированием, вовлечением, подкупом государственных служащих КНР, которую, помимо зарубежных разведывательных организаций и их представителей, осуществляют иные зарубежные органы, организации, физические лица, либо к которой они принуждают других, за которую они платят другим, либо которую они осуществляют совместно с органами, организациями, физическими лицами в Китае; 4) целеуказание для нанесения ударов противником; 5) иная деятельность разведывательного характера. 

 

Проблема шпионажа в Китае своеобразно затронута, например, на форуме «Чжи Ху» в материале анонимного пользователя от 7 апреля 2020 года, написавшего по поводу возможностей китайских спецслужб буквально следующее:»Помойка, отстой! Я не шучу. Изучив информацию о серьёзных утечках секретных данных за последние годы, я понял, что китайские спецслужбы в основном реагируют только тогда, когда происходит ЧП, а секретная информация тем временем утекает из Китая за рубеж, словно через дырявое решето. Происходит утечка всех подряд сведений, составляющих гостайну, – и про ПЛАРБ, и про МБР, и про планы войны с Тайванем. Представляете, какой бардак в китайских спецслужбах! Разумеется, проблема не в сотрудниках спецслужб, а в том, что с 80-х годов в нас заложена программа саморазрушения. (Видимо, имеет в виду переход к рыночным реформам в Китае. – А.Ш.). Ладно, замолкаю, а то забанят».                                                                А вот мнение на эту же тему от пользователя «командир Леопард», разместившего свой пост на форуме «Чжи Ху» 17 июля 2019 года:»Расовые признаки внешности не спрячешь. Славянам как представителям европеоидной расы легче, чем монголоидам, затеряться среди населения Европы и США. После задержания в прошлом веке товарища Цзиня ЦРУ стало обращать больше внимания на этнических китайцев, и теперь нашим людям практически невозможно обосноваться в США. Но и американцам по той же причине сложно добывать информацию в Китае агентурным путём, и здесь на помощь им приходит их «младший брат» Япония. За последние годы почти во всех ставших достоянием гласности шпионских делах в Китае фигурировали японцы, их следы вели даже в западные районы страны».  

 

В «Законе КНР о контрразведке» от 01.11.2014 практически не описаны оперативные приёмы и методы  МГБ КНР по противодействию в первую очередь иностранному шпионажу, а также, как сказано в статье 39 этого Закона и в статье 8 «Положений», иным, помимо шпионажа, действиям в ущерб государственной безопасности Китая, например: организации, планированию раскола страны и осуществлению этих планов, подрыву единства государства, свержению государственной власти, свержению социалистического строя; организации, планированию, осуществлению террористической деятельности в ущерб государственной безопасности Китая.                       Исключение составляет ссылка на право органов государственной безопасности, то есть МГБ КНР, осуществлять в соответствии с установленными официальными правилами и согласно строгой процедуре мероприятия технической разведки в интересах разведывательной деятельности (статья 12 Закона), проверять устройства и средства электронной связи соответствующих организаций и физических лиц в интересах контрразведывательной деятельности (статья 13 Закона), разрабатывать стандарты технической контрразведки, руководить проведением контразведывательных технических мероприятий, осуществлять проверку проведения контрразведывательных технических мероприятий в тех организациях, где имеют место скрытые угрозы (статья 16 Закона).                                            

 

Статья 25 «Закона КНР о контрразведке» от 01.11.2014 запрещает любым организациям и физическим лицам Китая незаконно обладать разведывательными спецсредствами и незаконно использовать их, то есть по сути дела таким правом наделяются исключительно спецслужбы.                                                                                                   В статье 18 «Подробных положений о реализации «Закона КНР о контрразведке»» от 22.11.2017 уточняется, о каких «разведывательных спецсредствах» в данном случае идёт речь: технические средства для скрытого прослушивания и скрытого фотографирования; приёмопередатчики взрыв-режима, одноразовые шифроблокноты, средства тайнописи; используемые для получения информации технические средства электронного прослушивания и технические средства перехвата; другие разведывательные спецсредства. За определение принадлежности тех или иных спецсредств к категории разведывательных, указывается в этой статье «Положений», отвечают органы Госсовета КНР, занимающиеся вопросами государственной безопасности. 

 

29 июня 2018 года на форуме «Чжи Ху» был размещён материал анонимного китайского пользователя «Рейтинг китайских спецслужб», где в частности сообщалось, что по имеющимся оценкам в штате МГБ КНР насчитывается примерно 90 тысяч сотрудников оперативного состава, из которых порядка 40 тысяч выполняют разведзадачи за пределами материкового Китая. При этом на страницах китайскоязычной Википедии весь штат МГБ КНР оценивается примерно в 300 тысяч человек личного состава. Всего же оперативный потенциал китайских спецслужб, к которым, помимо МГБ КНР, анонимный китайский автор относит Разведывательное управление Объединённого штаба ЦВС КПК/ЦВС КНР, а также Отдел ЦК КПК по внешним связям и Отдел ЦК КПК по работе с Единым фронтом, по мнению этого автора составляет не менее 100 тысяч человек, и, как он считает, по данному показателю (численность оперативного состава) китайские спецслужбы уступают только спецслужбам США и России. В то же время анонимный китайский автор полагает, что китайские спецслужбы не очень сильны именно в плане добывания разведывательной информации, прежде всего из-за того, что добрых полвека они сосредотачивали свои основные усилия исключительно на противостоянии тайваньской разведке. По мнению этого автора в настоящее время китайские спецслужбы условно занимают пятое место в рейтинге самых мощных спецслужб мира (Скорее всего, китайские спецслужбы «пятые в мире» после спецслужб США, России, Великобритании, Израиля. – А.Ш.), а в Азии они уступают только Моссаду, но превосходят спецслужбы Японии, КНДР, Республики Корея, Тайваня, Индии, Ирана, Пакистана.      

 

Как отмечалось выше, единственной, помимо военной разведки, официально признаваемой в КНР спецслужбой, осуществляющей в частности разведывательную деятельность в отношении иностранных государств, а также территорий за пределами материкового Китая, является МГБ КНР. Однако, как видим из сообщения неизвестного, но, видимо, осведомлённого китайского автора, фактически не только Разведывательное управление Объединённого штаба ЦВС КПК/ЦВС КНР и МГБ КНР решают главную задачу китайских спецслужб, обеспечивающих государственную безопасность Китая на зарубежном и внематериковом направлениях, – сбор разведывательной информации. Называются по крайней мере ещё два органа, нацеленные на внешнюю разведку и находящиеся в структуре ЦК КПК: Отдел ЦК КПК по внешним связям и Отдел ЦК КПК по работе с Единым фронтом.                                                                                                             Более того, в материале пользователя octopus, размещённом на форуме «Чжи Ху» 27 сентября 2019 года, в числе китайских спецслужб называются также Канцелярия Комиссии ЦК КПК по кибербезопасности и информатизации и Канцелярия Комиссии ЦК КПК по секретности, наделённые по мнению автора этого материала полномочиями по осуществлению технического аудиоконтроля (прослушивания), способные заниматься хакерством и вести шифровальную работу.                                                                                              Вот ещё китайские сетевые мнения по теме спецслужб Китая.                      В материале «Как китайские спецслужбы занимаются рекрутингом?», опубликованном на форуме «Чжи Ху» 31 июля 2012 года, пользователь Xylon утверждает, что аналогами ЦРУ в Китае является Государственное управление Госсовета КНР по секретности (Вторая «вывеска» Канцелярии Комиссии ЦК КПК по секретности. – А.Ш.) и МГБ КНР. Как сообщает китайский пользователь, хорошо известно, что оба эти ведомства  формируют свои кадры из числа выпускников китайских вузов, однако мечты новобранцев о работе «крутыми спецагентами» не имеют ничего общего с их последующей реальной службой.                                                                                                    Пользователь «водяной рак», отвечая на вопрос одного из участников форума «Чжи Ху» «Хочу работать в официальных государственных спецслужбах, в каком направлении мне нужно действовать, какие там предъявляют требования?», советует интересующемуся начать с поступления в Научно-технический университет обороны НОАК, поскольку это – «главное».                                                                        (Предшественником Научно-технического университета обороны НОАК являлся Харбинский военно-инженерный институт НОАК, основанный в 1953 году. С 1970 года ввуз дислоцируется в городе Чанша (провинция Хунань), своё нынешнее название использует с 1978 года. В 2017 году произошла реорганизация Научно-технического университета обороны НОАК, и теперь, помимо города Чанша (провинция Хунань), он имеет филиалы в городах: Нанкин (провинция Цзянсу), Ухань (провинция Хубэй), Хэфэй (провинция Аньхой). – А.Ш.). 

Не о китайских государственных спецслужбах, но достаточно интересную информацию по теме предоставил пользователь cherry chen, отвечая 17 января 2018 года на форуме «Чжи Ху» на вопрос «Есть ли у современных предприятий разведывательные службы, каковы их основные обязанности и методы сбора информации?» Китайский пользователь в этой связи сообщает, что «старый добрый способ» живого общения в коллективе позволяет добывающим коммерческую информацию достаточно точно вскрывать интересующие их проблемы. Круглосуточный мониторинг Сети по его мнению позволяет быть в курсе самых последних новостей и благодаря этому добывать важную коммерческую информацию. Ещё одним доступным способом сбора коммерческой информации китайский автор называет оформление подписки на получение новостей по соответствующей отрасли, в отношении товаров соответствующего бренда, в отношении тех или иных персон.                                                                                      

 

О китайской военной разведке, представленной Разведывательным управлением Объединённого штаба ЦВС КПК/ЦВС КНР рассказано выше. Поэтому, оставив в стороне Министерство общественной безопасности КНР – аналог министерства внутренних дел, рассмотрим подробнее структуру МГБ КНР и предполагаемых китайских спецслужб, в большей или в меньшей степени реализующих в частности разведывательные и контрразведывательные функции в отношении зарубежных государств, а также территорий за пределами материкового Китая.   

 

МГБ КНР.                                                                                                              К структурным органам МГБ КНР, непосредственно ориентированным на разведку и контрразведку, относятся:  Секретное (Первое) управление; Управление международной разведки (Второе управление); Управление политической и экономической разведки (Третье управление); Управление разведки по Сянгану, Аомэню, Тайваню (Четвёртое управление); Управление анализа и рассылки разведывательной информации (Пятое управление); Управление аналитической контрразведки (Седьмое управление); Управление оперативной контрразведки (Восьмое управление); Управление оперативной охраны в Китае (Девятое управление); Управление оперативной охраны за рубежом (Десятое управление); Центральное управление разведывательных материалов (Одиннадцатое управление); Управление социального мониторинга (Двенадцатое управление); Научно-техническое управление технической разведки (Тринадцатое управление); Управление технической разведки (Четырнадцатое управление); Управление комплексного анализа разведывательной информации (Пятнадцатое управление); Управление получения разведывательной информации из видеоматериалов (Шестнадцатое управление).                                                                                                              В подчинении МГБ КНР в частности: Китайский исследовательский институт современных международных исследований — China Institutes of Contemporary International Relations (CICIR) (Пекин, создан в 1965 году); Институт международных отношений (Пекин, создан в 1949 году); Социальный институт Цзяннань (город Сучжоу, провинция Цзянсу, создан в 1984 году). 

 

Отдел ЦК КПК по внешним связям.                                                                     Отдел ЦК КПК по внешним связям создан в 1951 году, подотчётен ЦК КПК, с ноября 2015 года его руководителем является Сун Тао, многократно выполнявший поручения Си Цзиньпина в качестве дипломатического спецпредставителя.                                                                    Полномочия Отдела ЦК КПК по внешним связям: реализация внешнеполитического курса ЦК КПК; отслеживание и изучение международной обстановки и динамики значимых международных проблем, формулирование для ЦК КПК предложений относительно международной обстановки и реагирования на неё; по поручению ЦК КПК поддержание контактов и связей КПК с зарубежными политическими партиями и организациями; координация внешних связей других структурных органов ЦК КПК, а также парткомов КПК провинций, автономных районов, городов центрального подчинения Китая.                                                                                                                              В структуре Отдела ЦК КПК по внешним связям в частности имеются: Первое управление Азии (Первое управление); Второе управление Азии (Второе управление); Управление Западной Азии и Северной Африки (Третье управление); Управление Африки (Четвёртое управление); Управление Латинской Америки (Пятое управление); Управление Восточной Европы и Средней Азии (Шестое управление); Управление США и Канады (Седьмое управление); Управление Западной Европы (Восьмое управление); Управление координации внешних связей с политическими партиями; Канцелярия координации международного обмена общественных организаций Китая.                                                                     В подчинении Отдела ЦК КПК по внешним связям в частности: Центр ЦК КПК по международному обмену; Исследовательский центр современного мира (образован в 2010 году); Китайский центр экономических связей; редакция журнала «Современный мир» (журнал издаётся с 1994 года). 

Безусловно, функции и структура Отдела ЦК КПК по внешним связям дают весомое основание предполагать, что наряду с наделением его официальными полномочиями «мидовского» характера данный орган вполне может быть задействован на самых различных направлениях внешней разведки Китая. 

 

 

Отдел ЦК КПК по работе с Единым фронтом.                                                      После образования в Китайской Республике в 1930 году Единого национального антияпонского фронта КПК пыталась создавать в своей структуре органы, ориентированные на работу с ним. Однако только в 1938 году, когда  КПК временно отошла от борьбы с правившей в Китае партией Гоминьдан и переключилась на сотрудничество с ним в рамках Единого национального антияпонского фронта, органы КПК, предназначенные для работы с Единым фронтом, были созданы на постоянной основе.                                                                                                      21 марта 2018 года ЦК КПК опубликовал «Проект углубления реформы партийных и государственных органов», согласно которому Отдел ЦК КПК по работе с Единым фронтом, во-первых, «от своего имени» курирует входящий в Госсовет КНР Государственный комитет КНР по делам национальностей, во-вторых, осуществляет работу в религиозной сфере под «вывеской» Государственного управления Госсовета КНР по делам религий и, в-третьих, ведёт работу в отношении соотечественников за пределами материкового Китая под «вывеской» Канцелярии Госсовета КНР по делам соотечественников.               С 7 ноября 2017 года руководителем Отдела ЦК КПК по работе с Единым фронтом является секретарь ЦК КПК Ю Цюань.                     Должность руководителя Канцелярии Госсовета КНР по делам соотечественников и одновременно должность заместителя руководителя Отдела ЦК КПК по работе с Единым фронтом с марта 2018 года занимает Сюй Юшэн.                                                         Руководителем Государственного управления Госсовета КНР по делам религий с 21 сентября 2009 года является Ван Цзоань, с марта 2018 года он одновременно занимает должность заместителя руководителя Отдела ЦК КПК по работе с Единым фронтом.                                            По сути дела полномочия Отдела ЦК КПК по работе с Единым фронтом реализуются на двух основных направлениях: работа с китайскими соотечественниками за пределами материкового Китая и работа на территории материкового Китая с малыми демократическими партиями, с беспартийной интеллигенцией, с представителями духовенства, с нацменьшинствами и т.д..                           Официально Отдел ЦК КПК по работе с Единым фронтом в рамках работы с соотечественниками вне материкового Китая располагает следующими полномочиями: работа по организации Единого фронта за пределами материкового Китая на принципах объединения родины; контакты с общественными организациями и общественными деятелями Сянгана, Аомэня, а также зарубежных государств; содействие другим органам в КНР, которые осуществляют работу по организации Единого фронта в Сянгане и Аомэне; работа с соотечественниками и родственниками на Тайване; предоставление хостинга – ресурсов на собственных серверах для размещения информации таким организациям, как Братство тайваньских соотечественников, Общество слушателей Военной школы Вампу (Военная школа (академия) Вампу создана 1 мая 1924 года. После разрыва Гоминьдана и КПК в апреле 1927 года Военная школа Вампу осталась под влиянием Гоминьдана, в 50-е годы 20-го века была воссоздана на Тайване. – А.Ш.), Общество китайцев, обучающихся в Европе и Северной Америке, Китайское общество профессионального образования, Фонд имени Сун Цинлин ( Супруга Сунь Ятсена, возглавляла Китайскую Республику на Тайване в 1968-1972 годах. – А.Ш.).                                                                                                   Представляется, что если Отдел ЦК КПК по работе с Единым фронтом действительно функционирует как одна из спецслужб КНР, то его возможная деятельность по сбору разведывательной информации в интересах обеспечения государственной безопасности Китая может быть сосредоточена именно на работе с «заморскими» соотечественниками.                                                                                     Исходя из данного предположения, в числе структурных органов Отдела ЦК КПК по работе с Единым фронтом, вероятно, занимающихся сбором разведывательной информации, можно выделить:  Третье управление (работа в отношении Сянгана, Аомэня, Тайваня) и Девятое управление (комплексное управление по делам соотечественников).        

Кроме того, в подчинении Отдела ЦК КПК по работе с Единым фронтом находится ряд учреждений, непосредственно относящихся к его деятельности за пределами материкового Китая, например: Зал Тайваня (Пекин), Центр научного обмена с соучениками на Тайване (Пекин), Университет китайской диаспоры (создан в 1960 году в провинции Фуцзянь).  

 

Канцелярия Комиссии ЦК КПК по кибербезопасности и информатизации.                                                                                                       Канцелярия Комиссии ЦК КПК по кибербезопасности и информатизации создана в феврале 2014 года, структурный орган ЦК КПК, имеющий вторую «вывеску» – Государственная канцелярия Госсовета КНР по информации в Интернете (создана 4 мая 2011 года).  Руководитель этого «единого органа под двумя вывесками» Чжуан Жунвэнь с 31 июля 2018 года также занимает должность заместителя руководителя Отдела пропаганды ЦК КПК.                                                             В структуре Канцелярии Комиссии ЦК КПК по кибербезопасности и информатизации имеются такие профильные органы, как: Управление сетевого распространения новостной информации; Управление мобильных информационных сетей;  Управление сетевых комментариев; Управление социальных сетей; Управление сетевой безопасности; Управление развития информатизации; Управление сетевых параметров и технологий; Управление экстренного сетевого реагирования и изучения сетевого общественного мнения; Управление международного сотрудничества.                                                                          В подчинении Канцелярии Комиссии ЦК КПК по кибербезопасности и информатизации в частности имеются такие учреждения, как: Центр сетевой безопасности, экстренного сетевого реагирования, сетевого управления; Центр отчётов о противоправной и негативной сетевой информации; Китайский фонд развития Интернета (создан в мае 2015 года); Китайский исследовательский институт киберпространства; Китайский центр информации в сети Интернет (создан в июне 1997 года); Государственный вычислительный центр сетевой и информационной безопасности (создан в сентябре 1999 года), его вторая «вывеска» – Государственный вычислительный центр экстренного технического сетевого реагирования; Центр изучения общественного мнения в Интернете; Секретариат Государственной комиссии специализированного консультирования по вопросам информатизации (комиссия создана в 2001 году). 

Если Канцелярия Комиссии ЦК КПК по кибербезопасности и информатизации действительно входит в число «неофициальных» китайских спецслужб, то представляется, что в общем объёме её «специальных» функций доля функций контразведывательных и разведывательных, связанных с работой в отношении зарубежных государств и внематериковых территорий Китая,  значительно меньше, чем «львиная доля» функций, связанных с защитой конституционного строя в самОй КНР.  

 

Канцелярия Комиссии ЦК КПК по секретности.                                                    Канцелярия Комиссии ЦК КПК по секретности создана в мае 1953 года, организационно подчинена Главной Канцелярии ЦК КПК, имеет вторую «вывеску» – Государственное управление Госсовета КНР по секретности (создано в марте 1988 года). Полномочия Канцелярии Комиссии ЦК КПК по секретности определены в «Законе Китайской Народной республики о сохранении государственной тайны» от 5 сентября 1988 года в редакции от 29 апреля 2010 года, вступившей в силу 1 октября 2010 года, а также в «Положениях о реализации «Закона КНР о защите государственной тайны»» от 1 марта 2014 года. 

В структуре Канцелярии Комиссии ЦК КПК по секретности имеются такие профильные органы, как Управление администрирования; Управление надзора и проверки; Научно-техническое управление.                  Канцелярии Комиссии ЦК КПК  по секретности в частности подчинены такие учреждения, как: Центр научно-технической оценки в вопросах обеспечения секретности; Шэньчжэньский Центр оказания технических услуг в вопросах обеспечения секретности; Центр утилизации носителей секретной информации из органов ЦК КПК и из государственных органов, вторая «вывеска» – Центр оказания технических услуг в вопросах секретности для органов ЦК КПК и государственных органов (создан в апреле 2006 года); издательство «Цзиньчэн» (город Цзиньчэн, провинция Шаньси). 

Разумеется, орган, по определению предназначенный для обеспечения секретности в вопросах сохранения государственной тайны, не может не быть связанным со спецслужбами Китая.   

 

 

«Единая система государственной безопасности с китайской спецификой» продолжает развиваться, реагируя на вызовы времени. Наиболее значимым подтверждением этому является «Закон Китайской Народной республики о защите государственной безопасности в Специальном административном районе Сянган», принятый 30 июня 2020 года на 20-м заседании ПК ВСНП 13-го созыва с включением этого Закона в Приложение 3 Основного закона Сянгана; в тот же день Закон был опубликован и вступил в силу.                                                                                                                          Следует признать, что с формированием описанной в этом Законе  многоуровневой, разветвлённой системы обеспечения государственной безопасности Китая в Специальном административном районе (САР) Сянган руководство КНР опоздало ровно на 23 года, с момента возвращения Гонконга под юрисдикцию КНР, и теперь вынуждено создавать её без преувеличения в авральном порядке на фоне затянувшихся беспорядков.    

В статье 1 Закона названы цели, во имя которых он принят. После декларативно озвученной цели «для неукоснительной, всесторонней и точной реализации политики «одна страна – две системы», «Сянганом управляют сянганцы», «самоуправление на высоком уровне» авторы Закона переходят к перечислению истинных целей его принятия: для защиты государственной безопасности Китая, для предотвращения, пресечения преступлений в САР Сянган, направленных на раскол страны, на подрыв государственного суверенитета Китая, на организацию и осуществление террористической деятельности, на формирование за рубежом и внутри Китая сил, стремящихся причинить ущерб государственной безопасности страны, и для наказания за подобные преступления. Завершается перечень целей принятия нашумевшего Закона стремлением к «обеспечению процветания и стабильности САР Сянган, обеспечению законных прав и интересов населения САР Сянган».                                                                     

 

Пожалуй, ключевое положение, касающееся обеспечения государственной безопасности Китая в САР Сянган, содержится в статье 3 Закона, где первым делом подчёркивается, что основную ответственность в вопросах обеспечения государственной безопасности Китая в САР Сянган несёт Центральное народное правительство КНР, то есть Государственный совет КНР. Этим положением задаётся принцип формирования всей системы обеспечения государственной безопасности Китая в САР Сянган которой надлежит преобразиться из, как уже сказано, «почти никакой» в мощную и эффективную, по крайней мере способную справиться со стоящими сегодня перед руководством Китая политическими проблемами в Сянгане.                                                                                            

 

Руководствуясь заявленным принципом «основной ответственности» за обеспечение государственной безопасности Китая в САР Сянган, Центральное народное правительство КНР, как следует из статьи 48 Закона, создаёт в САР Сянган Управление по вопросам защиты государственной безопасности Китая, штат сотрудников которого формируется, как сказано в Законе, «соответствующими органами, занимающимися вопросами защиты государственной безопасности Китая, при Центральном народном правительстве КНР».                                  Задачи Управления Центрального народного правительства КНР в САР Сянган по вопросам защиты государственной безопасности Китая перечислены в статье 49 Закона:  анализ ситуации по защите государственной безопасности Китая в САР Сянган, высказывание замечаний и предложений, относящихся к важным стратегическим и важным политическим вопросам защиты государственной безопасности Китая в САР Сянган; контроль и руководство в отношении властей САР Сянган, исполняющих свои обязанности по защите государственной безопасности Китая, координация и поддержка этой работы; сбор и анализ данных по вопросам обеспечения государственной безопасности Китая в САР Сянган; рассмотрение по закону дел о преступлениях в ущерб государственной безопасности Китая в САР Сянган.                                                                            

 

Стремясь обеспечить безусловное подчинение Управления Центрального народного правительства КНР в САР Сянган по вопросам защиты государственной безопасности Китая и его сотрудников исключительно Центральной власти в Пекине, Закон гарантирует им служебную неприкосновенность.                                     В статье 50 Закона отмечено, что сотрудники этого Управления подконтрольны государственным ревизионным органам КНР.                           В статье 60 Закона разъясняется, что обеспеченные соответствующими документами Управления его сотрудники при исполнении ими служебных обязанностей согласно закона и их автотранспорт не подлежат досмотру, обыску и задержанию блюстителями порядка САР Сянган, а также пользуются иными правами и преференциями согласно законодательства САР Сянган.                  

 

Уже названная статья 3 Закона закрепляет не только «основную ответственность» Центрального народного правительства КНР, но и  «конституционную ответственность и обязанности» властей САР Сянган в деле защиты государственной безопасности Китая в регионе.                                                                                                                        Согласно этому положению в статье 11 Закона сообщается, что Глава Администрации САР Сянган ответственен в вопросах защиты государственной безопасности Китая в регионе перед Центральным народным правительством КНР и представляет ему ежегодные доклады на этот счёт и, кроме того, своевременно представляет доклады на эту тему, тогда, когда этого требует Центральное народное правительство КНР.   

 

Органом Администрации САР Сянган, предназначенным для реализации её «конституционной ответственности и обязанностей» по защите государственной безопасности Китая в регионе, статья 12 Закона называет создаваемую в САР Сянган Комиссию по вопросам защиты государственной безопасности Китая, которая однако поднадзорна и подотчётна не местной Администрации, а Центральному народному правительству КНР.                                                                                 В статье 13 Закона говорится о составе Комиссии САР Сянган по вопросам защиты государственной безопасности Китая.                 Председателем Комиссии является Глава Администрации САР Сянган, члены Комиссии – глава Департамента Администрации САР Сянган по государственным делам, глава Финансового департамента Администрации САР Сянган, глава Правового департамента Администрации САР Сянган, начальник Управления обеспечения безопасности Администрации САР Сянган, начальник Отдела полиции Администрации САР Сянган, ответственные лица органов по защите государственной безопасности в структуре Отдела полиции Администрации САР Сянган, начальник Миграционного отдела Администрации САР Сянган, начальник Таможни Администрации САР Сянган, заведующий Канцелярией Главы Администрации САР Сянган.  

Кроме того, в структуре Комиссии САР Сянган по вопросам защиты государственной безопасности Китая создаётся Секретариат во главе с заведующим, который назначается на эту должность Центральным народным правительство КНР по представлению Главы Администрации САР Сянган. 

 

В статье 14 Закона перечислены функции Комиссии САР Сянган по вопросам защиты государственной безопасноси Китая: анализ ситуации, связанной с защитой государственной безопасности Китая в САР Сянган,  планирование соответствующей работы, разработка политики по защите государственной безопасности Китая в САР Сянган; реализация положений законодательства по защите государственной безопасности Китая в САР Сянган; координация важных направлений  работы по защите государственной безопасности Китая в САР Сянган.  

В статье подчёркивается, что никакие органы, организации и лица в САР Сянган не вправе вмешиваться в работу Комиссии САР Сянган по вопросам защиты государственной безопасности Китая, информация о работе Комиссии не подлежит разглашению, а решения Комиссии не подлежат пересмотру в суде. 

 

В статье 15 Закона рассказано о том, что Комиссия САР Сянган по вопросам защиты государственной безопасности Китая усиливается советниками по делам государственной безопасности, которые назначаются на эти должности Центральным народным правительством КНР, то есть по сути дела являются «комиссарами Пекина» в органе Администрации САР Сянган, призванном защищать государственную безопасность Китая в регионе. Данный факт свидетельствует о глубинном недоверии руководства КНР к Администрации САР Сянган, допустившей продолжительные массовые беспорядки и фактически не способной справиться с ними своими силами без серьёзного вмешательства Пекина, который, как уже сказано, с подобным вмешательством сильно опоздал.                                 Советники по делам государственной безопасности присутствуют на заседаниях Комиссии САР Сянган по вопросам защиты государственной безопасности Китая с правом совещательного голоса, и смысл их присутствия состоит в том, чтобы высказывать свои веские замечания, касающиеся текущей работы Комиссии. 

 

Усиливается кадрами, отвечающими за вопросы защиты государственной безопасности Китая в регионе, и сянганская полиция.                                  В статье 16 Закона говорится о создании в структуре  Отдела полиции Администрации САР Сянган органов по защите государственной безопасности Китая, ответственные работники которых назначаются на должности Главой Администрации САР Сянган, обязанным перед этими назначениями заручиться документальным согласием главного органа, призванного защищать государственную безопасность Китая в регионе, – Управления Центрального народного правительства КНР в САР Сянган по вопросам защиты государственной безопасности Китая.                                                                                                       Обязанности органов по защите государственной безопасности Китая в структуре Отдела полиции Администрации САР Сянган названы в статье 17 Закона: сбор и анализ данных, касающихся вопросов защиты государственной безопасности Китая в САР Сянган; разработка, координация и реализация мер и действий по защите государственной безопасности Китая в САР Сянган; следствие по делам о преступлениях против государственной безопасности Китая в САР Сянган; недопущение вмешательства в ход следствия; выполнение заданий Комиссии САР Сянган по вопросам защиты государственной безопасности Китая; исполнение иных обязанностей согласно настоящего Закона.             

 

Усилению подлежит и Правовой департамент Администрации САР Сянган, о чём говорится в статье 18 Закона. В его структуре создаются специализированные органы надзора и представительства стороны обвинения в судах по делам о преступлениях против государственной безопасности Китая в САР Сянган. Сотрудники таких специализированных органов Правового департамента Админстрации САР Сянган назначаются на должности руководителем Правового департамента Администрации САР Сянган с санкции Комиссии САР Сянган по вопросам защиты государственной безопасности  Китая. Но ответственные работники этих специализированных органов, так же, как ответственные работники органов по защите государственной безопасности  Китая в структуре Отдела полиции Администрации САР Сянган, назначаются на должности Главой Администрации САР Сянган при обязательном получении документального согласия на этот счёт из Управления Центрального народного правительства КНР в САР Сянган по вопросам защиты государственной безопасности Китая.  

 

Формирование согласно положениям «Закона КНР о защите государственной безопасности в САР Сянган» многоступенчатой, полностью подконтрольной Центральной власти в Пекине системы обеспечения государственной безопасности Китая в САР Сянган является для руководства КНР приоритетной задачей, о чём свидетельствует статья 62 этого Закона, где подчёркивается, что при несоответствии положений действующего законодательства САР Сянган и настоящего Закона приоритет отдаётся последнему.                       

 

Важной особенностью «единой системы государственной безопасности с китайской спецификой» является широкое участие граждан КНР в обеспечении государственной безопасности страны, причём, к этому их обязывает действующее законодательство Китая.                                                                    

 

В статье 4 «Закона КНР о контрразведке» от 01.11.2014  чётко сказано:»Защита государственной безопасности, достоинства и интересов государства является обязанностью граждан Китайской Народной республики...»  

Об этом же говорится в статье 11 «Закона КНР о госбезопасности» от 01.07.2015:»Защита государственной безопасности – обязанность и долг граждан Китайской Народной республики, всех государственных органов и вооружённых сил, всех политических партий и народных объединений, поизводственных и непроизводственных организаций, общественных организаций».                                                                                 

 

Говоря об обязанности граждан КНР защищать государственную безопасность Китая, законодательство КНР особо выделяет защиту государственного суверенитета, территориальной целостности страны как «общий долг народа всего Китая, включая соотечественников в Сянгане, Аомэне, на Тайване» (статья 11 «Закона КНР о госбезопасности» от 01.07.2015),  подчёркивая, что «Защита государственного суверенитета и территориальной целостности Китая – обязанность всего китайского народа, включая соотечественников в Сянгане...» (статья 6 «Закона КНР о защите госбезопасности в САР Сянган» от 30.06.2020). 

 

Законодательство КНР обязывает граждан страны на практике защищать её государственную безопасность, оказывая помощь соответствующим государственным органам.                                          Так, в статье 20 «Закона КНР о контрразведке» от 01.11.2014 говорится про то, что «граждане и организации обязаны оказывать посильное и иное содействие осуществлению контррразведывательной деятельности...»        

Об этом же  говорится в статье 7 «Закона КНР о государственной разведке» от 27.06.2017:»Все организации и граждане обязаны согласно закона оказывать поддержку, содействие государственной разведке, обязаны взаимодействовать с ней, хранить ставшие известными им секретные сведения, относящиеся к государственной разведке...» 

 

О способах оказания содействия, помощи соответствующим государственным органам со стороны граждан КНР говорится в «Законе КНР о контрразведке» от 01.11.2014.                                    Статья 21 этого Закона обязывает граждан и организации, которым стало известно о шпионаже, незамедлительно сообщать об этом в органы государственной безопасности, то есть в МГБ КНР, либо в органы общественной безопасности, то есть в МОБ КНР, в другие государственные органы и организации, которые затем обязаны немедленно переслать полученную информацию по компетненции в органы государственной безопасности (в МГБ КНР).                                                                       Статья 23 этого Закона налагает на граждан и организации обязанность хранить ставшие им известными сведения о контрразведывательной деятельности, составляющие государственную тайну.                                   (В соответствии  с «Законом КНР о сохранении государственной тайны» от 5 сентября 1988 года в редакции от 29 апреля 2010 года, вступившей в силу 1 октября 2010 года,  в Китае существуют три степени секретности сведений, составляющих государственную тайну:»совершенно секретно» – срок хранения сведений под таким грифом до 30 лет; «конфиденциально»; «секретно». – А.Ш.).                                                                                       Статья 77 «Закона КНР о госбезопасности» от 01.07.2015 обязывает граждан КНР и организации  в частности своевременно докладывать о ставшей им известной деятельности в ущерб государственной безопасности Китая; представлять ставшие известными им конкретные факты о деятельности в ущерб государственной безопасности  Китая; оказывать необходимую поддержку и содействие органам государственной безопасности (МГБ КНР), органам общественной безопасности (МОБ КНР), соответствующим военным органам; хранить ставшие им известными сведения, составляющие государственную тайну.                        

 

Подробно говорится в «Законе КНР о контрразведке» от 01.11.2014 о правовой ответственности за преступления, связанные со шпионажем, причём, соответствующие положения Закона сформулированы таким образом, чтобы оставлять шанс оступившимся, а, значит, завоёвывать их на свою сторону в противостоянии с зарубежными спецслужбами.     Так, в статье 27 Закона заявляется об уголовной ответственности за шпионаж, но при этом разъясняется, что для тех, кто занимался шпионажем в ущерб государственной безопасности  Китая, однако явился с повинной либо оказал помощь следствию, предусматривается возможность смягчения наказания в рамках предъявленного обвинения, переквалификация обвинения на более мягкое либо вообще освобождение от уголовного наказания. Причём, те, кто «оказал серьёзную помощь следствию», премируются.                                                        С учётом массовой миграции граждан КНР по всему миру с самыми  разнообразными целями в статье 28 «Закона КНР о контрразведке» от 01.11.2014 специально прописана ситуация, когда гражданин КНР оказывается вовлечён в деятельность, направленную против государственной безопасности Китая. В частности говорится о том, что тот, кто за рубежом оказался угрозами либо обманом вовлечён в деятельность враждебных организаций, зарубежных разведывательных организаций, действовал в ущерб государственной безопасности КНР, однако своевременно и откровенно заявил об этом в «зарубежные органы КНР» либо, вернувшись в Китай, непосредственно либо через другие органы заявил об этом в органы государственной безопасности (МГБ КНР), в органы общественной безопасности (МОБ КНР) и при этом раскаялись в содеянном,  могут быть освобождены от преследования по закону. 

 

В статье 34 «Закона КНР о контрразведке» от 01.11.2014  говорится о том, что иностранцев, нарушивших положения этого Закона, могут обязать покинуть территорию Китая в установленные сроки либо депортировать из Китая.                                                                                   В статье 24  «Подробных положений о реализации «Закона КНР о контрразведке»» от 22.11.2017 действия Китайского государства в отношении граждан КНР и иностранцев, нарушивших данный Закон, конкретизируются. Отмечается, что органы государственной безопасности (МГБ КНР) могут принимать решение о запрете на  выезд за пределы КНР на определённый срок в отношении тех граждан КНР, кто подозревается в шпионаже. А органы Госсовета КНР, занимающиеся вопросами государственной безопасности, могут принять решение в отношении зарубежного физического лица, нарушившего «Закон КНР о контрразведке» от 01.11.2014, обязав его покинуть территорию Китая в установленные сроки либо депортировав его из Китая и определив срок 10 лет, в течение которого такое лицо не сможет вновь въехать на территорию Китая.  

 

Изучение «единой системы государственной безопасности с китайской спецификой» делает понятными некоторые вещи. Например, хорошо известно, как граждане КНР, представляющие различные организации и слои населения, от студентов до генеральных директоров компаний, от пенсионеров до государственных служащих на руководящих должностях, активно перемещаются по миру в качестве туристов, членов официальных и коммерческих делегаций, навещая родственников и занимаясь шопингом, пытаясь открыть бизнес или осесть на ПМЖ. На первый взгляд миллионы этих снующих по странам и континентам людей, местами образующих свои этнические анклавы, напоминают хаотичных насекомых. Но, когда узнаёшь, что главной задачей органов, обеспечивающих государственную безопасность Китая, является сбор разведывательной информации, а все без исключения граждане Китая законодательно обязаны помогать «родимым органам», этот хаос, что называется, начинает принимать осмысленные очертания. В частности становится понятно, что так называемый «исследовательский туризм» (Понятие в современном китайском языке. – А.Ш.), представляющий собой сбор китайскими туристическими группами и приставленными к ним «кураторами» любой – политической, экономической, коммерческой и т. д. – информации о стране пребывания, раздачу веером визиток аборигенам и попытки установить с ними деловые, дружеские и пр. контакты – суть явление хорошо организованное и незримо из далёкого Китая направляемое.  Как становится понятна «неслыханная щедрость» Китайского государства, оплачивающего значительному большинству из числа миллионов своих туристов зарубежные вояжи не только из альтруистического стремления «расширить культурный кругозор трудящихся».                                                                                                      Понятно, что качество информации, добытой методом «исследовательского туризма», а также методом массового направления деловых делегаций для установления наобум «холодных» контактов с потенциальными партнёрами, оставляет желать лучшего с точки зрения профессионалов китайских спецслужб. Понятно и то, что изворотливая китайская бюрократия нередко использует поездки за госсчёт с заявленными целями «исследовательского туризма», но фактически «для галочки», за которой на самом деле бурный отдых игроманов, сластолюбцев и прочих алкоголиков.  Всё это понятно, и, думаю, понятно не только исследователям за пределами Китая, но и лицам, ответственным в самом Китае. И всё-таки сверхмассовый, «сетевой» сбор информации по всему миру и обо всём нам свете, с её последующим просеиванием, систематизацией и анализом, скорее всего, окупает сопутствующие издержки и подпитывает китайские спецслужбы, как «официальные», так и «неофициальные», обеспечивающие государственную безопасность Китая.  

                                     

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован